1424

Навык 9. Деталь, раскрывающая героя и черты его характера.

 

Всем привет.

На удивление для меня эта серия «Навыки письма» стала очень популярной. Без шуток, мне писало немало людей, которые говорили, что учатся на этой рубрике писать. Сам в шоке :).

Я не продолжал эту рубрику полгода. 22 мая 2015 года, еще до переезда в Киев я выложил последнюю статью «Внутренний резервуар слов». И пошла жара. Переезды, события, дела… И всё это время я наблюдал за блогом и отношением людей.

Динамика была очень положительная. «Что ж, можно продолжать :)» — подумал я. Так что ловите новую статью из серии «навыки». Следующая, даст Бог, будет скорее, чем через полгода :).

Сегодня у нас в меню Николай Василич Гоголь, Оноре де Бальзак, Стефан Цвейг, Эрих Мария Ремарк и Лев Толстой. Ух, компания такая, что дух захватывает.

 

как раскрыть характер героя

Все мы знаем муки творчества над отдельным куском в тексте

Суть серии «навыки письма». Почему я начал её.

Когда я только начинал писать, я задался целью найти максимум полезных принципов и навыков письма.

Так родилась эта рубрика. Я уже поделился следующими навыками: внутренний резервуар слов, создание плана написания книги, внутренний голос, правило количества элементов в перечислении, ритм текста, правило территории слова, правильный порядок слов в предложении и сильные глаголы.

Сегодня – новый навык. Раскрывать черту характера через деталь.

как раскрыть характер героя

Этот навык обогатит ваш запас и поможет раскрыть характер героя сильнее.

В чем суть навыка «Деталь, раскрывающая героя и черту его характера»

Одна деталь может показать многое.

И потому нужно выбирать эту деталь максимально тщательно. Есть такие нюансы, которые остаются с нами надолго, если не навсегда. Более того, эта деталь глубоко раскрывает характер героя. И показывает всю его сущность.

А всё потому, что автор подобрал именно ту деталь, которая максимально хорошо обрисовывает характер героя.

Деталь должна:

  • Показать характер героя. Желательно в долгосрочной перспективе. То есть действие, которое повторяется. Это может быть единичное действие, показанное в книге. Или же привычку героя, которую мы наблюдаем уже закостенелой.
  • Показать то, чего герой никогда не сделает. То есть обрисовать глубоко его характер, как положительные, так и отрицательные стороны.

Сильное впечатление производит поступок, который было очень сложно сделать герою (как у героя Ремарка, например, как вы увидите дальше).

Какой характер – такой и поступок должен быть.

Вместо долгих объяснений, лучше покажу примеры.

черта характера героя

Если идея пришла в машине — запишите 🙂

Пример для журналистов. Как раскрыть характер героя.

А для начала пример для журналистов.

«Накануне приведения в исполнение смертного приговора серийного убийцы, репортер Кристофер Сканлан [Christopher Scanlan] полетел в штат Юта посетить семью одной из предполагаемых жертв преступника. Несколько лет назад молодая девушка вышла из дома и никогда не вернулась. Сканлан нашел деталь, которая передала безграничное горе родных девушки. Он заметил, что выключатель у входной двери заклеен скотчем — чтобы никто не смог погасить свет.

Мать всегда оставляла свет включенным до прихода дочери. И хотя уже прошли годы, свет продолжал гореть, как вечный огонь.

Вот разгадка: Сканлан увидел заклеенный выключатель и спросил об этом. Важная деталь, которую он схватил, следствие любопытства, не воображения.»

 

Примеры использования навыка деталь для писателей

А теперь перейдём к писателям.

  1. Бальзак «Гобсек»

Эта деталь для меня самая знаковая.

Потому что я запомнил её еще со школы. Мы «Гобсека» читали классе так в 8-м, то есть где-то в 13 лет. Где-то в 2000 году.

И я запомнил эту деталь так сильно, что когда читал «Гобсека» в этом году, в 28 лет, 2015-м году, я помнил о ней и искал всю книгу.

Более того, эта деталь осталась в моём воспоминании против моей воли. Потому что в школе я не любил писать сочинения и не любил, когда заставляют читать. А потому напрочь забыл, о чем книга «Гобсек».

черта характера героя

Бальзак умел создавать характеры

Вот цитата, где указана эта деталь

«В этой крупной афере Гобсек был ненасытным удавом. Каждое утро он получал дары и алчно разглядывал их, словно министр какого-нибудь набоба, обдумывающий, стоит ли за такую цену подписывать помилование. Гобсек принимал все, начиная от корзинки с рыбой, преподнесенной каким-нибудь бедняком, и кончая пачками свечей — подарком людей скуповатых, брал столовое серебро от богатых людей и золотые табакерки от спекулянтов. Никто не знал, куда он девал эти подношения. Все доставляли ему на дом, но ничего оттуда не выносили.

— Ей-богу, по совести скажу, — уверяла меня привратница, моя старая знакомая, — сдается мне, он все это глотает, да только не на пользу себе -исхудал, высох, почернел, будто кукушка на моих стенных часах.

И продолжение

Вспомнив поразившие меня последние слова Гобсека и то, что мне говорила привратница, я взял ключи от комнат обоих этажей и решил осмотреть их. В первой же комнате, которую я отпер, я нашел объяснение его речам, казавшимся мне бессмысленными, и увидел, до чего может дойти скупость, превратившаяся в безотчетную, лишенную всякой логики страсть, примеры которой мы так часто видим в провинции. В комнате, смежной со спальней покойного, действительно оказались и гниющие паштеты, и груды всевозможных припасов, даже устрицы и рыба, покрывшаяся пухлой плесенью. Я чуть не задохся от смрада, в котором слились всякие зловонные   запахи. Все   кишело червями и   насекомыми. Подношения, полученные недавно, лежали вперемешку с ящиками различных размеров, с цибиками чаю и мешками кофе. На камине в серебряной суповой миске хранились накладные различных грузов, прибывших на его имя в портовые склады Гавра: тюки хлопка, ящики сахара, бочонки рома, кофе, индиго, табака — целого базара колониальных товаров! Комнату загромождала дорогая мебель, серебряная утварь, лампы, картины, вазы, книги, превосходные гравюры без рам, свернутые трубкой, и самые разнообразные редкости. Возможно, что не вся эта груда ценных вещей состояла из подарков-многие из них, вероятно, были невыкупленными закладами. Я видел там ларчики с драгоценностями, украшенные гербами и вензелями, прекрасные камчатные скатерти и салфетки, дорогое оружие,   но без клейма.   Раскрыв   какую-то   книгу, казалось, недавно вынимавшуюся из стопки, я обнаружил в ней несколько банковских билетов потысяче франков.

 

Обратите внимание на эту картинку «рыба, покрывшаяся пухлой плесенью». Насколько сочно и ярко. Я помнил её всю свою юность, хотя суть книги плохо помнил.

Потому что деталь – очень яркая.

Вот для меня пример идеальной детали. Более того, я в разговорах с друзьями часто использовал сравнение «Жадный, как Гобсек». Не знаю почему. Хотя сейчас знаю, наверное. Эта деталь оставила у меня в подсознание смутное понимание, кто такой Гобсек и его основную черту.

 

  1. Гоголь «Мёртвые души»

У Гоголя многие герои колоритны. Да вообще все помещики из Мертвых душ –созданы с душой. Я бы выделил Плюшкина, но Гобсек похож на него. Да и Плюшкина Гоголь переписывал несколько раз, там огромный кусок текста.

черта характера героя

Николай Васильевич Гоголь, по его собственным словам до 8 раз переписывал отдельные части книги.

Я выделю Собакевича. Мудрый Гоголь создал просто идеальный портрет героя, где каждая деталь показывает его характер. Только прочитайте:

Когда Чичиков взглянул искоса на Собакевича, он ему на этот раз показался весьма похожим на средней величины медведя. Для довершения сходства фрак на нем был совершенно медвежьего цвета, рукава длинны, панталоны длинны, ступнями ступал он и вкривь и вкось и наступал беспрестанно на чужие ноги. Цвет лица имел каленый, горячий, какой бывает на медном пятаке. Известно, что есть много на свете таких лиц, над отделкою которых натура недолго мудрила, не употребляла никаких мелких инструментов, как-то: напильников, буравчиков и прочего, но просто рубила со всего плеча, хватила топором раз — вышел нос, хватила в другой — вышли губы, большим сверлом ковырнула глаза и, не обскобливши, пустила на свет, сказавши: «живет!» Такой же самый крепкий и на диво стаченный образ был у Собакевича: держал он его более вниз, чем вверх, шеей не ворочал вовсе и, в силу такого неповорота, редко глядел на того, с которым говорил, но всегда или на угол печки, или на дверь. Чичиков еще раз взглянул на него искоса, когда проходили они столовую: медведь! совершенный медведь! Нужно же такое странное сближение: его даже звали Михайлом Семеновичем. Зная привычку его наступать на ноги, он очень осторожно передвигал своими и давал ему дорогу вперед. Хозяин, казалось, сам чувствовал за собою этот грех и тот же час спросил: «Не побеспокоил ли я вас?» Но Чичиков поблагодарил, сказав, что еще не произошло никакого беспокойства.

  Вошед в гостиную, Собакевич показал на кресла, сказавши опять: «Прошу!» Садясь, Чичиков взглянул на стены и на висевшие на них картины. На картинах всё были молодцы, всё греческие полководцы, гравированные во весь рост: Маврокордато в красных панталонах и мундире, с очками на носу, Колокотрони, Миаули, Канари. Все эти герои были с такими толстыми ляжками и неслыханными усами, что дрожь проходила по телу. Между крепкими греками, неизвестно каким образом и для чего, поместился Багратион, тощий, худенький, с маленькими знаменами и пушками внизу и в самых узеньких рамках. Потом опять следовала героиня греческая Бобелина, которой одна нога казалась больше всего туловища тех щеголей, которые наполняют нынешние гостиные. Хозяин, будучи сам человек здоровый и крепкий, казалось, хотел, чтобы и комнату его украшали тоже люди крепкие и здоровые. Возле Бобелины, у самого окна, висела клетка, из которой глядел дрозд темного цвета с белыми крапинками, очень похожий тоже на Собакевича. Гость и хозяин не успели помолчать двух минут, как дверь в гостиной отворилась и вошла хозяйка, дама весьма высокая, в чепце с лентами, перекрашенными домашнею краскою. Вошла она степенно, держа голову прямо, как пальма.

   «Это моя Феодулия Ивановна!» сказал Собакевич.

   Чичиков подошел к ручке Феодулии Ивановны, которую она почти впихнула ему в губы, причем он имел случай заметить, что руки были вымыты огуречным рассолом.

 

Здоровый и крепкий мужик Собакевич. Картины в комнате здоровых крепких мужиков. Жена Феодулия Ивановна, которая моет руки огуречным рассолом.

Очень четко и ясно.

Обратите внимание. Деталь может быть – поступком героя. Но также она может быть его устоявшейся привычкой. И то, и другое отлично показывает характер.

 

 

  1. Цвейг «Мария Стюарт»
черта характера героя

Стефан Цвейг умел писать биографии в художественном стиле.

«Марию Стюарт» я закончил читать недавно (В этой статье я подробно описывал эту книгу).

Это биографическая книга, где нет выдумки, а только точное следование автором по хронологии событий. И обратить ваше внимание я хочу на одну деталь — выбор платья королевой перед казнью.

Поздно за полночь ложится Мария Стюарт. Все, что ей должно было сделать в жизни, она сделала. Всего лишь несколько часов дозволено еще душе погостить в истомленном теле. Служанки на, коленях забились в угол и молятся недвижными губами: они не хотят беспокоить спящую. Но Мария Стюарт не спит. Широко открытыми глазами смотрит она в великую ночь; только усталым членам дает она покой, чтобы с бестрепетным сердцем и сильной душою предстать наутро пред всесильной смертью.

На многие торжества одевалась Мария Стюарт: на коронации и крестины, на свадьбы и рыцарские игрища, на прогулки, на войну и охоту, на приемы, балы и турниры, — повсюду являясь в роскошных одеждах, зная, какой властью обладает на земле красота. Но никогда еще ни по какому поводу не одевалась она так обдуманно, как для величайшего часа своей судьбы — для смерти. Уже за много дней и недель продумала она, должно быть, достойный ритуал своей кончины, тщательно взвесив каждую деталь. Платье за платьем перебрала она, верно, весь свой гардероб в поисках наиболее достойного наряда для столь небывалого случая; можно подумать, что и как женщина в последней вспышке кокетства хотела она оставить на все времена пример того, каким венцом совершенства должна быть королева, идущая навстречу казни. Два часа, с шести до восьми, одевают ее прислужницы. Не как бедная грешница в убогих лохмотьях хочет она взойти на плаху. Великолепный, праздничный наряд выбирает она для своего последнего выхода, самое строгое и изысканное платье из темно-коричневого бархата, отделанное куньим мехом, со стоячим белым воротником и пышно ниспадающими рукавами. Черный шелковый плащ обрамляет это гордое великолепие, а тяжелый шлейф так длинен, что Мелвил, ее гофмейстер, должен почтительно его поддерживать. Снежно-белое вдовье покрывало овевает ее с головы до ног. Омофоры искусной работы  и драгоценные четки заменяют ей светские украшения, белые   сафьяновые башмачки ступают так неслышно, что звук ее шагов не нарушит бездыханную тишину в тот миг, когда она направится к эшафоту. Королева сама вынула из заветного ларя носовой платок, которым ей завяжут глаза, — прозрачное облачко тончайшего батиста, отделанное золотой каемкой, должно быть, ее собственной работы. Каждая пряжка на ее платье выбрана с величайшим смыслом, каждая мелочь настроена   на   общее   музыкальное   звучание; предусмотрено и то, что ей придется на глазах у чужих мужчин скинуть перед плахой это темное великолепие. В предвидении последней кровавой минуты Мария Стюарт надела исподнее платье пунцового шелка и приказала изготовить длинные, по локоть, огненного цвета перчатки, чтобы кровь, брызнувшая из-под топора, не так резко выделялась на ее одеянии. Никогда еще осужденная на смерть узница не готовилась к казни с таким изощренным искусством и сознанием своего величия.

В восемь утра стучатся в дверь. Мария Стюарт не отвечает, она все еще стоит, преклонив колена, перед аналоем и читает отходную. Только кончив, поднимается она с колен, и на вторичный стук дверь открывают. Входит шериф с белым жезлом в руке — скоро его преломят — и говорит почтительно, с глубоким поклоном; «Madame, меня прислали лорды, вас ждут». «Пойдемте», — говорит Мария Стюарт и готовится к выходу.

 

Обратите внимание на то, с какой тщательностью подходит королева к выбору платья. И хотя ей предстоит казнь, для неё это дело чести. Гениально подобранная деталь задаёт тон всему образу королевы.

 

  1. Лев Толстой «Анна Каренина»

Я люблю «Анну Каренину». Не знаю почему даже. Ведь много умных, тонких книг. Но так как Толстой раскрывает психологию, внутренний мир героев я не встречал у других. Глубина, понимание сути у Толстого вне времени. Действительно, вне всякого сравнения.

как раскрыть характер героя

Толстой — один из самых тонких писателей-психологов, на мой вкус.

Вот кусочек из части 5, где Анна уже сбежала со своим любовником Вронским.

Часть 5, глава 8 и 13

   Вронский между тем, несмотря на полное осуществление того, что он желал так долго, не был вполне счастлив. Он скоро почувствовал, что осуществление его желания доставило ему только песчинку из той горы счастия, которой он ожидал. Это осуществление показало ему ту вечную ошибку, которую делают люди, представляя себе счастие осуществлением желания. Первое время после того, как он соединился с нею и надел штатское платье, он почувствовал всю прелесть свободы вообще, которой он не знал прежде, и свободы любви, и был доволен, но недолго. Он скоро почувствовал, что в душе его поднялись желания желаний, тоска. Независимо от своей воли, он стал хвататься за каждый мимолетный каприз, принимая его за желание и цель. Шестнадцать часов дня надо было занять чем-нибудь, так как они жили за границей на совершенной свободе, вне того круга условий общественной жизни, который занимал время в Петербурге. Об удовольствиях холостой жизни, которые в прежние поездки за границу занимали Вронского, нельзя было и думать, так как одна попытка такого рода произвела неожиданное и несоответствующее позднему ужину с знакомыми уныние в Анне. Сношений с обществом местным и русским, при неопределенности их положения, тоже нельзя было иметь. Осматривание достопримечательностей, не говоря о том, что все уже было видено, не имело для него, как для русского и умного человека, той необъяснимой значительности, которую умеют приписывать этому делу англичане.

И как голодное животное хватает всякий попадающийся предмет, надеясь найти в нем пищу, так и Вронский совершенно бессознательно хватался то за политику, то за новые книги, то за картины.

Так как смолоду у него была способность к живописи и так как он, не зная, куда тратить свои деньги, начал собирать гравюры, он остановился на живописи, стал заниматься ею и в нее положил тот незанятый запас желаний, который требовал удовлетворения.

У него была способность понимать искусство и верно, со вкусом подражать искусству, и он подумал, что у него есть то самое, что нужно для художника, и, несколько времени поколебавшись, какой он выберет род живописи: религиозный, исторический жанр или реалистический, он принялся писать. Он понимал все роды и мог вдохновляться и тем и другим; но он не мог себе представить того, чтобы можно было вовсе не знать, какие есть роды живописи, и вдохновляться непосредственно тем, что есть в душе, не заботясь, будет ли то, что он напишет, принадлежать к какому-нибудь известному роду. Так как он не знал этого и вдохновлялся не непосредственно жизнью, а посредственно, жизнью, уже воплощенною искусством, то он вдохновлялся очень быстро и легко и так же быстро и легко достигал того, что то, что он писал, было очень похоже на тот род, которому он хотел подражать.

Увлечение Вронского живописью и средними веками продолжалось недолго. Он имел настолько вкуса к живописи, что не мог докончить своей картины. Картина остановилась. Он смутно чувствовал, что недостатки ее, мало заметные при начале, будут поразительны, если он будет продолжать. С ним случилось то же, что и с Голенищевым, чувствующим, что ему нечего сказать, и постоянно обманывающим себя тем, что мысль не созрела, что он вынашивает ее и готовит материалы. Но Голенищева это озлобило и измучало, Вронский же не мог обманывать и мучать себя и в особенности озлобляться. Он со свойственною ему решительностью характера, ничего не объясняя и не оправдываясь, перестал заниматься живописью.

Но без этого занятия жизнь его и Анны, удивлявшейся его разочарованию, показалась ему так скучна в итальянском городе, палаццо вдруг стал так очевидно стар и грязен, так неприятно пригляделись пятна на гардинах, трещины на полах, отбитая штукатурка на карнизах и так скучен стал все один и тот же Голенищев, итальянский профессор и немец-путешественник, что надо было переменить жизнь. Они решили ехать в Россию, в деревню. В Петербурге Вронский намеревался сделать раздел с братом, а Анна повидать сына. Лето же они намеревались прожить в большом родовом имении Вронского.

 

Обратите внимание вот на что. Увлечение Вронским живописью – это хорошо показанная черта характер героя. Ведь заиметь такую любовницу себе, как Анна Каренина – это была его мечта. Но увлечение второстепенными делами, политикой, книгами, живописью отлично показывает, что Вронский не получил того, что хотел. И более того, он нажил себе больше проблем, чем счастья.

  1. Ремарк «Три товарища»

как раскрыть характер героя

«Три товарища» — одна из лучших книг Ремарка, субъективно, конечно.

Последняя в нашем обзоре навыка книга «Три товарища». Деталь, которая раскрыла характер не только героя, но и его друзей.

— Но как мне это сделать? — спросил я в отчаянии. — Моих денег хватит не более чем на десять дней, а за Пат оплачено только до пятнадцатого. Я должен вернуться, чтобы зарабатывать. Здесь им едва ли понадобится такой плохой пианист.

Кестер наклонился над радиатором «Карла» и поднял одеяло.

— Я достану тебе денег, — сказал он и выпрямился. — Так что можешь спокойно оставаться здесь.

— Отто, — сказал я, — ведь я знаю, сколько у тебя осталось от аукциона. Меньше трехсот марок.

— Не о них речь. Будут другие деньги. Не беспокойся. Через неделю ты их получишь.

Я мрачно пошутил:

— Ждешь наследства?

— Нечто в этом роде. Положись на меня. Нельзя тебе сейчас уезжать.

Мы выпили по рюмке «Дюбоне» и поднялись наверх к санаторию. В конторе секретарша сказала мне, что приходил почтальон и передал, чтобы я зашел на почту. Там для меня получены деньги. Я посмотрел на часы. Еще оставалось время, и я вернулся в деревню. На почте мне выдали две тысячи марок. С ними вручили и письмо Кестера. Он писал, чтобы я не беспокоился, что есть еще деньги. Я должен только сообщить, если понадобятся.

Я поглядел на деньги. Откуда он достал их? И так быстро… Я знал все наши источники. И внезапно я сообразил. Я вспомнил любителя гонок конфекционера Больвиса, как он жадно охлопывал нашего «Карла» в тот вечер у бара, когда он проиграл пари, как он приговаривал: «Эту машину я куплю в любое мгновенье»… Проклятье! Кестер продал «Карла». Вот откуда столько денег сразу. «Карла», о котором он говорил, что охотнее потеряет руку, чем эту машину. «Карла» у него больше не было. «Карл» был в толстых лапах фабриканта костюмов, и Отто, который за километры на слух узнавал гул его мотора, теперь услышит его в уличном шуме, словно вой брошенного пса.

Я спрятал письмо Кестера и маленький пакет с ампулами морфия. Беспомощно стоял я у оконца почты. Охотнее всего я тотчас же отправил бы деньги обратно. Но этого нельзя было делать. Они были необходимы нам. Я разгладил банкноты, сунул их в карман и вышел. Проклятье! Теперь я буду издалека обходить каждый автомобиль. Раньше автомобили были для нас приятелями, но «Карл» был больше чем приятель. Он был боевым другом! «Карл» — призрак шоссе. Мы были неразлучны: «Карл» и Кестер, «Карл» и Ленц, «Карл» и Пат. В бессильной ярости я топтался, стряхивая снег с ботинок. Ленц был убит. «Карл» продан, а Пат? Невидящими глазами я смотрел в небо, в это серое бесконечное небо сумасшедшего бога, который придумал жизнь и смерть, чтобы развлекаться.

Обратите внимание – друзья продали машину. А это огромная жертва для них. Обратите внимание на поведение друга, Кестера, который сделал это. И на реакцию главного героя.

Бонус. Черта характера героя.

Если вы дочитали до этого места – вы уже заслужили как минимум на круассан.

Такой хотя бы.

kruassan-s-syrom

Но так как то, что я прикрепил его к этому посту — бесполезно для вашего кофе, вот вам другой бонус.

Когда деталь раскрывает положительный характер – остается доброе послевкусие.

Как это у Ремарка, например, где друзья главного героя продали очень ценный автомобиль ради его любимой. Или у Цвейга, где Мария Стюарт показана смелой и великодушной женщиной.

Я до сих пор, вспоминая об этих книгах, и героях вспоминаю с удовольствием и добрым послевкусием.

Вывод. Как раскрыть характер героя.

Продумывайте и создавайте сильных персонажей.

И лучше всего раскрывают черты характера удачно продуманные поступки или привычки.

И пусть детали раскрывают их характер. И запоминаются, как было со мной и тухлой рыбой Гобсека.

Автор текста: Владимир Багненко

Владимир БагненкоКоротко обо мне: Автор двух блогов (о текстах и Слова Ободрения), руководитель студии текстов “Слово”. Пишу с 1999 года, Зарабатываю текстами с 2013-го года. Давайте дружить в соцсетях: Вконтакте, Facebook, Twitter, Instagram

 

 

 

Другие навыки письма:

30. ноября 2015 by Admin
Categories: Блог, Навыки письма | Оставить комментарий

Минутку...

Получайте материалы, которые сделают ваши тексты сильнее.

Если вы хотите получать свежие и бесплатные материалы о текстах, маркетинге и копирайтинге оставьте свой электронный адрес. P.S. Я ценю вашу конфиденциальность и никому вашу почту не передам.
Loading...
Подписывайся и получай полезные материалы на почту
Никакого спама